— Don Giovanni a cenar teco minvitasi, e son venuto.
— Non si pasce di cibo mortale, chi si pasce di cibo celeste.
— Дон Жуан, ты звал меня к обеду, я здесь.
— Кто обедает на небесах, не нуждается в пищи смертных.

Старый седой профессор держит раскрытый книжный томик, читает вслух. У чугунных перил Каменоостровского моста притулился мой яркий кургузый мотороллер. Ветрено. Стылый воздух больно обжигает холодом лёгкие. Чёрные волны речки Малая Невка, медленно покачиваясь, добавляют новые жирные мазки депрессии в наши остывшие души.
Николай Арнольдович Зайферт, профессор преподаватель иностранной литературы в университете. Мой бывший сосед по лестничной клетке. Милый, не склочный, весёлый старикан, всю жизнь без остатка, отдавший любимому делу-призванию. Мы, свесившись, смотрим вниз — туда, где ватага из шести чумазых голодных пацанов, обступила испуганного азиатского юношу. Руки жертвы связаны за спиной цветастым шёлковым галстуком. Пару раз я видел профессора в этом верхе безвкусия. На мой взгляд, сосед нашёл совершенно рациональное применение своему гардеробу. Мальчишечий голос остервенело выводит:

— Один американец засунул в жопу палец,
И вынул из неё кусочек мумиё,
И вывалил в трусы кусочек колбасы,
И думает, что он заводит граммофон!

— Фу, Никита! Откуда эта вульгарная пошлятина. Тем более он кореец, а не американец.
— Дед, ты обещал нам американца.
— Всему своё время, малыш.
Николай Арнольдович, оборачивается ко мне. На его седой бороде видны густые следы крови.
— Хотя, вы знаете, сейчас любые осмысленные предложения, слова, эмоций от них это уже достижения. К сожалению, сильное чувство голода подавляет в детях все накопленные навыки, знания, опыт. Эволюция со знаком минус. Постепенно они превращаются в зверей. Теряют речь, разум. Встают на колени. Перестают пользоваться руками. Пьют из луж, спят в грязной листве, как стая собак.
Трясущимися пальцами я закуриваю. Профессор ёжится и кутается в длинном коричневом пальто. Мальчики внизу свежуют живьём бывшего студента по обмену.
— Вы не переживайте, я за ними присматриваю. У меня осталось ещё несколько студентов. Они не умрут с голода, обещаю.
— Профессор, вы понимаете, что сейчас нельзя рассказывать о подобном первому встречному? Ваши запасы надо скрывать.
— Вы ведь не первый встречный? Мальчики близки нам обоим. Я не чувствую опасности от вас, поэтому не скрытен.